блог добрых психиатров

Настроение: amused

По ряду причин, субъективных и не очень, изрядная часть электората считает, что их посредственное и непосредственное начальство имеет стойкую, выраженную и бурную аллергическую реакцию на интеллект. Причём в первую очередь — свой, вплоть до отторжения. А также избирательную глухоту к голосу разума и тотальную толерантность к мукам совести. Не ставя перед собой задачи резонёрствовать на тему психопатологии начальства как явления, я решил вспомнить пару случаев, когда предположения подчинённых касательно умственных способностей руководства были подкреплены реальными диагнозами.

Взять, хотя бы, того же майора, которого в бытность нашу на интернатуре комиссовали из армии по статье «Умственная отсталость в степени дебильности» Пусть степень была лёгкой, но сам факт довольно примечателен. Сразу уточню: это не приобретённое слабоумие — там, фуражкой натёрло или погонами выдавило — именно врождённая патология, экспертиза была стационарной и ну очень дотошной.

Другой пример — пациент, с детства с всё той же дебильностью, только уже умеренно выраженной, в течение лет десяти числился директором одной довольно крупной фирмы. Ну и что, что слова длиннее написанных на заборе и числа сложнее ценника на пиве его только расстраивали, как Винни-Пуха? Зато подпись была министерской, хрен подделаешь. И на встречи с бандитами его было удобно возить: будучи незнакомым с таким качеством натуры, как воображение, а также обладая от рождения невозмутимым характером, он просто не в состоянии был чего-либо бояться, чем повергал гоношистых распальцованных братков в непривычный для их тоже в целом незамысловатого бытия когнитивный диссонанс. И вызывал к себе невольное уважение. Особенно учитывая некоторую акромегаличность. Видимо, бог действительно присматривает за такими ребятами: будучи, по сути, зитц-председателем, он пережил всех, кто реально имел прибыль с этой конторы, включая и саму эту контору, а потом с огромным удовольствием пошёл работать дворником.

Другой пациент с моего участка вплоть до переезда в другой город проработал бригадиром на одном из производств автозавода. Казалось бы — что такого, мало ли на заводе наших учтённых и неучтённых товарищей? Ну и что, что болезнь Альцгеймера — вон, у одного писателя она тоже имеется, а как пишет! В том-то вся и соль, что выраженность симптомов этой болезни очень и очень широко варьирует. И в то время, когда один пишет замечательные книги, другой не то что ребёнка до садика довести — до туалета дойти без навигатора не сможет. Причём навигатор обматерится и сдастся — мол, выдайте ему памперсы, иначе я за спутник не ручаюсь, он же с орбиты запустит чем-нибудь! А сиделки жаловались, что бригадир жрёт, как слепая лошадь: поел, забыл и просит снова, причём очень обижается, если ему напомнить. Так вот, бригадира этого спасали три момента. Первый — это то, что папа — начальник цеха. Второй — на производстве есть бытовка, запирающаяся снаружи. Третий — то, что у нас золотые рабочие, что бы про них ни говорили, и без начальства они работают даже лучше.

То ли дело пациент с дебильностью, что работает дворником у нас во дворе! У него в подчинении метла да совок, зимой — лопата и скребок, и он с ними прекрасно ладит. Трудолюбив, как замотивированный китаец, жизнерадостен, как немец во время октоберфеста, в уборке дотошен, как француз при расчёте налоговых льгот. И ещё не лишён русской смекалки: когда пару лет назад одномоментно выпало неимоверное количество снега, превратив три четверти автопарка в недвижимость, он шустро побежал сдаваться в дневной стационар — дескать, что-то на душе тяжко от нехороших предчувствий по поводу объёма работы и вообще хрен я из дневного выйду, пока трактор не дадут, пусть он работает, он железный!..