dpmmax

Categories:

Бисетр: жупел №1 французской карательной психиатрии XVIII века

Итак, на чём мы остановились в повествовании об истории психиатрии? А, на том, что бедного сумасшедшего француза, буде он признан неизлечимым, из Отель-Дьё отправляют в Бисетр. Что же представляло из себя это заведение?

По тем временам — ничего хорошего. Горькая ирония судьбы, а заодно и топонимики в том, что Бисетр, как до него и Бедлам — названия упрощённые, ломаные. Это как если назвать Стокгольм Стекольной. Так и здесь. Про историю того, как Вифлеем стал Бедламом, вы помните, а тут... хорошо, слушайте.

Где-то на закате XII века английский диппредставитель во Франции, епископ Винчестерский, прикупил неподалёку от Парижа землицу Grange aux Queux (уж что там был за амбар или сарай — бог весть). Ну и отгрохал себе к 1204 вместо того амбара целый замок: как говорится, епископ я или canis penis? Ну и назвал его соответственно — Винчестер, в память о своей епархии. Французам, сами понимаете, такое сложное английское слово ломало язык и портило настроение, потому замок окрестили  сначала Wincestre, или Уинсестр, а там и до Бисетра упростили.

Замок этот в 1294 отжал Филипп Красивый (он вообще к англичанам неровно дышал), потом кому-то то ли подарил, то ли продал, потом замок и вовсе по рукам пошёл, а в Столетнюю войну англичане и французы так заиграли эту избушку лесника, что напрочь сломали. Потом руины, успевшие стать тем ещё бомжатником, прикупил Жан I Великолепный, герцог Беррийский, и, разогнав нищету и криминальные элементы, сделал евроремонт. Потом пара ошибок в большой политике, обвинение в заговоре — и замок снова пылает. А ведь предупреждали Ваню, что место проклятое. В общем, герцог сбёг, замок разграбили добрые парижане, клошары вернулись.

В 1632 на Бисетр обратил внимание Людовик Справедливый. Бомжей снова выгнали, замок слегка подлатали, и на его территории разместили госпиталь для военных инвалидов, а чуть позже — ещё и сиротский приют. Мол, всё равно место проклятое. Следующий Людовик, который Четырнадцатый и по совместительству Король-Солнце, учредил Общий госпиталь, в который как раз и вошли как Бисетр, так и Сальпетриер, о котором речь пойдёт ниже. Но не спешите подозревать монарха в избытке милосердия. Королю просто нужно было куда-то пристроить неимущих: на работы загнать, благо как раз наметился недостаток дешёвой рабочей силы. Или просто с глаз долой убрать, а то много их что-то в Париже и других городах развелось. Сумасшедшие, опять же, глаза мозолят.  

Вот и издал он в 1656 эдикт: «Мы хотим и повелеваем, чтобы нищие бедняки, здоровые или больные, обоего пола, были заключены в больницу и использовались на мануфактурах, а также других работах по усмотрению властей»  

Ну а чтобы площади не пустовали, в Бисетре, разместили и сумасшедший дом, и богадельню, и тюрьму. Бюджет страны, мол, не резиновый. Да это же просто праздник какой-то — обрадовались городские власти. И быстренько спихнули в Бисетр всех, с кем лень было возиться: душевнобольных, стариков, инвалидов, сифилитиков и паралитиков, эпилептиков, сирот и преступников. В первый же год с момента такой оптимизации богадельня Бисетра получила 600 постояльцев, и это было только начало.  

Условия содержания были хуже, чем никакие. В том же Отель-Дьё, где на одной кровати размещали по 3-4 человека, был ещё курорт. А 8-13 не хотите? А придётся. Привлекательностью для наёмных служащих это место тоже не блистало. Но шли, куда деваться. В конце концов, почти сотня персонала (83 служащих и 14 сиделок) на восемь сотен постояльцев — это всё же не так уж и мало, тут уже Божий дом в проигрыше. За одним из служащих даже специальная должность была закреплена... не знаю даже, как правильно назвать. Боец вшей? Вошебой? Ну вы поняли, что за обязанность. Та ещё работка.

Позже, в 1737, обитателей Бисетра распределили между пятью службами. В распоряжении первой, тюремной, были камеры, темницы, смирительный дом и одиночные изоляторы для тех, кого упекли по королевскому приказу. Вторая заведовала «добрыми бедняками» и считалась наиболее благополучной — на общем фоне, естественно. Третья занималась «паралитиками» - и взрослыми, и детьми. Четвёртой был собственно дурдом Бисетра. Ну а в пятую свели сифилитиков, выздоравливающих и детей, что родились тут же.

Отсюда отправляли (фактически продавали) людей на фабрики и мануфактуры, здесь студенты и преподаватели медицинского университета могли (нелегально, можно сказать, из-под полы, но бизнес отлаженный) прикупить труп для вскрытий и хирургической практики, здесь же (правда, некоторые уверяют, что в Сальпетриере, а не тут) в апреле 1792 прошли испытания гильотины — всё как положено, на трупах, под присмотром врачебной комиссии. Антуан Луи, Филипп Пинель (о нём я ещё расскажу) и Пьер Жан Жорж Кабанис вынесли заключение: Жозеф Гильотен прав, метод гуманнее, чем усекновение мечом или топором, поскольку исключает ошибки неопытного палача, и смерть должна наступить моментально. И да, косое лезвие работает лучше прямого, экзекуционная ампутация головы полная, срез получается более качественным, исключается застревание на позвонках.

Нас с вами больше интересует четвёртая служба. По сохранившимся свидетельствам, врачи делали обход нечасто, где-то пару раз в неделю. Хотя, если посмотреть на частоту врачебных осмотров в современных пансионатах для психохроников, то всё вполне сравнимо. Вот только условия...

Писатель и драматург Луи-Себастьян Мерсье описал картины, виденные им в Бисетре, на страницах своего утопического романа «Год 2440»:

«Есть в Бисетре палата, называемая смирительной. Это образ самого ада. Шестьсот несчастных, тесно прижатых друг к другу, удручённых своей бедностью, своей горестной судьбой, терзаемых укусами насекомых, а ещё более жестоким отчаянием, живут в состоянии постоянно подавляемого бешенства. Это пытка Мезенция, ещё в тысячу раз умноженная. Должностные лица глухи к жалобам сих несчастных. Были случаи, когда они убивали стражников, врачей, священников, пришедших их исповедовать, преследуя одну лишь цель — выйти из этого жилища ужаса и найти успокоение на эшафоте. Правы те, кто утверждает, что предавать их смерти было бы менее жестоко, нежели обрекать на те муки, кои они там претерпевают. <…> Не проще ли было бы привязать каждому к ноге стофунтовое ядро и заставить их работать в поле. Но нет: существуют жертвы произвола, которых надобно подальше укрыть от посторонних взглядов. Всё понятно».

Вы спросите: как Мерсье сумел там побывать? Неужто упекли? А если так, то почему отпустили? Всё просто: в те времена посещение Бисетра (а по ту сторону пролива — и Бедлама) было среди жителей и гостей Парижа чем-то вроде национальной забавы. Аттракциона. Способа интересно провести время за деньгу малую. По воскресеньям Бисетр традиционно объявлял день открытых дверей (для посетителей, естественно, кто же обитателей-то отпустит), и сумасшедших выставляли напоказ. За дополнительную плату могли и по палатам экскурсии устроить — но это уже для истинных ценителей экстрима.

В 1791 герцог Франсуа-Александр-Фредерик Ларошфуко-Лианкур тоже прошёлся по Бисетру и Сальпетриеру. Как в буквальном смысле, так и в докладе Национальному учредительному собранию. Мол, я ничего не имею против института общественного призрения, но надо же и совесть иметь — вы поглядите, в каких условиях больные содержатся:

«Посмотрим на заведения Бисетр и Сальпетриер,— мы увидим там тысячи жертв в общем гнезде всяческого разврата, страданий и смерти. Вот несчастные лишённые рассудка в одной куче с эпилептиками и преступниками, а там, по приказу сторожа, заключённых, которых он пожелает наказать, сажают в конуры, где даже люди самого маленького роста принуждены сидеть скорчившись; закованными и обременёнными цепями, их бросают в подземные и тесные казематы, куда воздух и свет доходят только через дыры, пробитые зигзагообразно и вкось в толстых каменных стенах. Сюда, по приказу заведующего, сажают и мужчин, и женщин и забывают их тут на несколько месяцев, иногда и на несколько лет… Я знаю некоторых, проведших таким образом по 12—15 лет».

Вскоре случатся революционные погромы, потом будет подарок судьбы в лице Филиппа Пинеля, но не станем забегать вперёд: ведь, помимо Бисетра, был ещё и Сальпетриер, и о нём тоже стоит рассказать отдельно.


P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» продолжает работать и расширяет свою географию: теперь, помимо Москвы и Тольятти, в нём участвуют коллеги из Санкт-Петербурга, Иваново, Нальчика, Ростова-на-Дону и Владивостока. Есть коллеги из Донецкой области.                                          Внимание! В проекте работает опытный юрист, готовый дать консультацию и оказать помощь по целому ряду вопросов. Есть коллеги, которые могут помочь с решением ряда экспертных моментов. Есть сеть пансионатов для пожилых пациентов с деменцией. Поэтому, если вдруг возникла необходимость и нужна помощь или консультация — заглядывайте, изучайте и обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём.

С проектом сотрудничают коллеги из Швейцарии, готовые оказать свою помощь при целом ряде зависимостей (игровой, алкогольной, амфетаминовой и пр.)

P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в Яндекс Дзене — вдруг кому удобно смотреть их там 

promo dpmmax июль 20, 2015 22:54
Buy for 700 tokens
Опыт сотрудничества с рекламодателями у нас богатый, и мы не планируем его прекращать. Среди заказчиков - такие замечательные компании, как Связной Трэвел, PEUGEOT, HILL'S, СПОРТМАСТЕР, Министерство туризма Швейцарии, PHILIPS и многие другие. Читателей у журнала много, и мы стараемся подавать…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded