dpmmax

Categories:

Хуана Безумная: любовь до гроба... и чуть-чуть после

Продолжу знакомить вас с любопытной, на мой взгляд, ветвью истории психиатрии — с безумцами, по той или иной причине оставившими свой след в памяти людской. По вполне понятным причинам заметное  место в этом списке занимают правители: ну кто, спрашивается, через несколько сотен лет будет помнить какого-нибудь сумасшедшего крестьянина, какими бы красочными ни были его галлюцинации или бред? А вот если коронованная особа чудит — это да, это совсем другое дело.

Вот не свезло роду Трастамара с отдельными его представителями: и Энрике Бессильный в нём успел отметиться (правда, до сих пор спорят, сумел ли он если не пополнить генетический бассейн рода, то хотя бы слегка там поплескаться), и Ферранте Неаполитанский надолго запомнился таксидермической любовью к своим оппонентам. 

И когда у венценосной пары, Изабеллы Кастильской и Фернанда II Арагонского, 6 ноября 1479 года родилась дочь, то поначалу ничего не предвещало проблем с её психикой. Да и потом, даже после её смерти, многие спрашивали себя: что это было? Сумасшествие или наветы тех, кому выгодно? Впрочем, давайте по порядку.

Воспитывалась Хуана в строгости и богобоязненности. Ещё бы: родители ставят точку в Реконкисте, погнав поганой метлой последнего мавританского властителя, и объявляют себя католическими королями — и никаких трёх религий, католицизм вау! Именно они провозглашают, что будут нести свет христианства всюду, докуда дотянутся их шаловливые ручки — и Кристобаль Колон, будучи послан всерьёз и надолго, добирается до Америки. Можете себе представить, какие идеалы вкладывали в прелестную головку красавицы. Впрочем, она и сама, как говорят, не особо стремилась к увеселениям, предпочитая побыть наедине с собой.

Но настала пора династического брака, и в 1496 году, в 17 лет Хуану выдают замуж за Филиппа Красивого, герцога Бургундии. И если для Филиппа этот брак был в большей степени апгрейдом его политической карьеры, то Хуана влюбилась по-настоящему, всерьёз и надолго. Филипп же не собирался бросать свои привычки и увлечения: кино, вино и домино охота, женщины, пиры — обычный набор знатного человека. Нет, действом «Супружеский долг. Исполняется впервые» он не ограничился, и у молодой пары был страстный и феерический медовый месяц, но сколько же можно! — подумал Филипп и решил развлечься на стороне, уже привычным ему образом.

И тут Хуана показывает характер. И то, что испанская кровь — не водица. Она требует постоянной близости — мол, я тебе не кактус, который полили раз в месяц, и достаточно! Нет уж, изволь отдать себя всего. Филипп пытается выкрутиться — Хуана не отпускает. Он скрывается в отдельной спальне — Хуана стучится в стену. Он начинает прятать своих любовниц, поскольку Хуана пригрозила, что прирежет их, этих глупых кур. И ведь понятно стало, что прирежет. При бургундском дворе уже начинают шептаться: дескать, слишком ревнива, слишком религиозна, слишком яркие вспышки гнева — всего слишком. Всю ночь слышать крики и стук в стену — тут поневоле задумаешься, что кое у кого, не будем показывать пальцем, кукушка упорхнула. 

Тревожные слухи о странностях Хуаны доходят и в Испанию, и в 1498 году Изабелла Католичка отправляет эмиссара в те края, чтобы узнать, что да как. Но эмиссару так толком ничего и не отвечают на его попытки прояснить ситуацию: дескать, всё нормально, это наши внутренние семейные дела и вообще ты, маменька, как бы это помягче сказать... Изабелла. Однако, железный повод вернуть дочь в Кастилью вскоре подворачивается, пусть и скорбный: умирает вначале один из её братьев, Хуан Астурийский, наследник кастильской короны, а за ним, аккурат после тяжелых родов, и следующая в очереди на кастильский престол — принцесса Изабелла Астурийская.  

Когда супружеская пара, покинув Бургундию, в 1501 году прибывает к кастильскому двору, Филипп начинает сильно нервничать: в Кастилии порядки другие, двор строже, давалок меньше, а тут ещё жена, как неумолимый коллектор-психопат, пристала: отдавай, мол, супружеский долг, иначе на счётчик поставлю! При этом собственно политика Хуану не интересует вовсе: весь интерес, все устремления, вся жизнь — это Филипп. А он бы, может, и потерпел ради дела: всё-таки корона в руки сама плывет, а там, глядишь, и союз с милой сердцу Францией можно будет заключить. Но, во-первых, Хуаны оказалось ну очень много. Даже двое детей не пригасили её страсти. А во-вторых, тёща явно была в курсе его политических симпатий (союз с французами), а с Францией у Испании на тот момент всё было не очень... да что там, война была! К тому же Католичка чуяла, что корону Кастильи этак можно и пролюбить, причём в прямом смысле. И, по слухам, что донесли до Филиппа, составила завещание, по которому он к этой короне никаким боком: наследницей назначила Хуану, а буде та окажется недееспособной (ибо подозрения уже витали), то рулить будет отец Хуаны, Фердинанд II. 

Решив, что хватит уже смотреть на местных красоток, как инфантильный зоофил на ёжиков, Филипп вознамерился смазать пятки салом и линять обратно в Бургундию. Несколько попыток провалились под местный вариант «Ты куда, Одиссей, от жены, от детей?» — то все лошади закончились, то чемоданы попрятались, то виза протухла. Но Филипп всё же смог. То есть, сбёг к своим фавориткам от тяжелобеременной жены. 

Не без основания полагая, чем именно будет занят в командировке на историческую родину её непутёвый, но маниакально любимый супруг, Хуана вознамерилась отправиться вслед за ним и испортить мужику его припадание к корням и истокам. И пофигу, что ехать через Францию, с которой Испания немножко воюет: муж там без неё всего себя на большую, но грязную любовь потратит, вот-вот сотрёт по самое лонное сочленение, надо же спасать! Пришлось родителям запереть ревнивое дитё в замке, где она, пребывая в тоске, молитвах и попытках сокрушить лбом каменные стены и разродилась третьим ребёнком, Фердинандом (в честь дедушки, понятное дело, назвали). Роды ситуации не улучшили: Хуана потеряла интерес ко всему, перестала даже мыться и выходить во двор замка.

Только через полтора года, в 1504, Хуана смогла вырваться к мужу в Нидерланды. И убедилась в верности своих подозрений: таки завелась у него эта... плод порочной страсти воблы со стерлядью! Ходит тут, глазищами бесстыжими зыркает, причёску модную демонстрирует! Ну ничего, сегодня я, милочка, буду твоим личным куафером-экстремалом! А заодно и пластическим хирургом. Увидев, что сотворила супруга с гривой любовницы и её лицом, Филипп крепко с нею поругался и даже съездить по физиономии изволил, после чего запер Хуану в её покоях. Та в долгу не осталась: устроила грандиозную истерику и объявила голодовку. Словом, придворная жизнь в тех краях не сложилась, не говоря о супружеской.

В 1505 году умерла Изабелла Католичка. Испанцы уже прочили на престол Кастильи её мужа, Фердинанда II (пусть в качестве регента, но тоже неплохо), упирая на то, что-де Хуана вам тут наворочает от большого ума. Филипп же упёрся рогом: есть законная наследница — вот пусть и наследует, а порулить мы и вместе порулим, я ей муж или catulinus penis? А что до странностей в поведении — да это она так меня любит. Безумно просто. Хуаночка, золотце, хватай детей и чемоданы, мы едем в Испанию! Что? Секс на регулярной основе? Да не вопрос, будет! Ни одной женщины в свите? Не будет, дорогая, как скажешь, только давай поспешим. Кидай мешки, паром отходит!

В общем, королевой Хуана в итоге стала. Номинально: власть по-прежнему её не интересовала. На это муж есть. Тому же (чуть не сказал — бедному) стало не до любовниц: днём по расписанию интриги и политическая борьба с тестем, ночью — обещанный супружеский долг с процентами. Хрупкое счастье продлилось меньше года: Филипп подхватил оспу (хотя кто-то уверяет, что просто выпил стакан холодной воды после игры в мяч, простыл и...) и 25 сентября 1506 года умер. И своё прозвище, Безумная, la Loca, Хуана получила именно из-за событий, произошедших с момента его смерти до момента погребения. Если верить легенде, то похоронить Филиппа удалось только спустя три года после его смерти — но, сами понимаете, в легендах любят всё несколько преувеличить.

Хуана действительно поначалу не давала его похоронить: дни и ночи она проводила рядом с телом мужа, и попытки увести её силой ничем хорошим не заканчивались: королева, да ещё и беременная в очередной раз, да ещё и сопротивляется... Потом тело начало попахивать, и Хуана на время словно очнулась — но лишь для того, чтобы приказать его забальзамировать. Потом всё же удалось положить покойника в гроб, и скорбная процессия двинулась из Кастильи в Гранаду, к месту усыпальницы королей. 

Думаете, это было медленно и печально? Правильно. Просто не представляете, насколько медленно и насколько печально. Когда спустя 5 недель процессия добралась до Бургоса, и гроб разместили во временной усыпальнице, Хуана приказала его вскрыть, чтобы удостовериться, что покойный супруг на месте. Оказалось, что да, по любовницам не подался, не подменили, всё идёт по плану. Ну как по плану: то слёзы, то приступы гнева, вплоть до бешенства — впрочем, окружающие уже привыкли. И к этому, и к тому, что идти приходилось ночами, «так как бедной вдове, потерявшей солнце своей души, незачем показываться на свете дня». Злые языки поговаривали, что вдовствующая королева вообще каждую ночь того... некрофилией грешит. Мол, правильно забальзамированный муж в дополнительных афродизиаках не нуждается — но это они со зла. 

Пока отдыхали и набирались сил продолжить путь, в Бургосе вспыхнула чума. Хуана велела двигать в Торкемаду — и от чумы подальше, и по пути в Гранаду. Перед отправлением гроб вскрыли во второй раз (всё в порядке, все на месте, никто никуда не ухмыздал). По пути вставали на дневку в монастырях. Поправка: мужских монастырях. Однажды ночью процессия по ошибке приперлась в женский, так Хуана очередную истерику устроила: не позволит-де она, чтобы муж с этими, господи прости, сёстрами в одних стенах хоть минуту рядом провёл! Уж я-то его знаю. И их тоже. Так и пришлось топать дальше.

Третий раз гроб открыли в январе 1507 года уже в Торкемаде, когда Хуана родила дочь, инфанту Екатерину. Убедилась, что супруг на месте, успокоилась. И задержалась в Торкемаде на несколько месяцев: надо было и самой от родов отойти, и ребёнку дать окрепнуть. В Гранаду ей, правда, добраться так и не довелось: пришла весть, что из Неаполя отплыл отец, готовый принять на себя бремя власти. И тогда гроб открыли в четвёртый раз, чтобы дать Хуане попрощаться с мужем. Проведя рядом с его телом восемь месяцев (а не три года, как уверяет легенда), Хуана с дочерью была отправлена в Тордесильяс, в монастырь Санта Клара. Фактически, в заточение.

Забрать у Хуаны дочь не смогли: она просто не отдавала то единственное, по её же словам, что осталось у неё от мужа. Она же уверяла, будто покойный продолжает с нею разговаривать — правда, не напрямую, а устами младенца. При этом королева ни гигиеной, ни комфортом себя не утруждала, как впрочем, и дочь не давала обиходить. 

Неудивительно, что когда инфанту Екатерину всё же удалось вызволить (для династического брака с Жуаном III, королем Португалии), бросалась в глаза некоторая, мягко говоря, неадекватность девушки — которая, впрочем, с годами прошла. 46 лет, до самой своей смерти 12 апреля 1555 года, провела Хуана в Тордесильяс, формально оставаясь королевой. Похоронили её рядом с мужем, в королевской усыпальнице в Гранаде. 

И что это было? — спросите вы. И снова остаётся лишь предполагать. Один из вариантов диагноза — паранойяльная психопатия (вспомните Ферранте Неаполитанского) с фиксацией на идеях любви и ревности. Другой вариант — та же психопатия, которая со временем переросла в редкое для женщин заболевание — собственно паранойю, с любовным бредом и болезненной (хотя и во многом обоснованной) ревностью. Шизофрению, с её бредовым вариантом симптоматики (и последующим переходом в галлюцинаторно-бредовый — раз она уверяла, что муж с ней общается через лепет ребёнка) тоже нельзя полностью исключить как вероятность. Да и признаки негативной симптоматики, характерные для шизофрении, можно обнаружить: не раз ведь отмечали, что Хуана пренебрегает уходом за собой, а в Тордесильяс так вообще это дело забросила и являла настолько угнетающее зрелище, что её сын Карл, навестив мать в 1516 году, молвил стражам: «мне кажется, самой нужной и необходимой вещью будет, чтобы никто не мог увидеть Её Величество. Потому что ничего хорошего из этого выйти не может». Но, повторюсь, остаётся лишь гадать.


P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» работает в штатном режиме. Если так случилось, что нужен грамотный, опытный, а главное — внимательный и корректный психиатр — обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём. 

P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в Яндекс Дзене — вдруг кому удобно смотреть их там

promo dpmmax july 20, 2015 22:54
Buy for 700 tokens
Опыт сотрудничества с рекламодателями у нас богатый, и мы не планируем его прекращать. Среди заказчиков - такие замечательные компании, как Связной Трэвел, PEUGEOT, HILL'S, СПОРТМАСТЕР, Министерство туризма Швейцарии, PHILIPS и многие другие. Читателей у журнала много, и мы стараемся подавать…
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded 

Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →