dpmmax

Category:

Эскироль: практика в Сальпетриере и закладка фундамента психиатрической школы

Продолжу свой рассказ об Эскироле и об истории психиатрии в целом. В 1800 году Пинель добивается от правительства республики и властей Парижа, чтобы те посодействовали приведению в божеский вид некогда уютного дома с просторным садом на Рю де Буффон, и поручает Эскиролю организовать там приют для престарелых, инвалидов и сумасшедших. 

Мол, всё потише будет, чем в Сальпетриере, и ты, дорогой Жан, сможешь в спокойной обстановке продолжить изучение психических болезней. Жан-Этьен ожиданий не обманул, и через 10 лет эта первая в Париже частная лечебница для психически больных входит в тройку лучших подобных больниц города.

Лечебная и административная работа ожидаемо отнимают немало времени и сил, но Эскироль успевает и наукой заниматься: к 1802 году он помогает Пинелю подготовить к печати его знаменитый «Медико-философский трактат», а в 1805 году, руководствуясь советами учителя, публикует и собственную работу, «Страсти, рассматриваемые как причины, симптомы и способы лечения душевного расстройства». Да, именно разгул и неуёмность страстей и Эскироль, и Пинель считают главными виновниками возникновения психических болезней. Что же, для того времени теория не хуже прочих.

В 1811 году умирает Жан-Батист Пюссен, верный спутник и помощник Пинеля ещё с первых дней работы доктора в Бисетре, и Филипп просит Эскироля, как единственно подходящего и по опыту, и по духу специалиста, перебраться в Сальпетриер и быть ему ассистентом. Жан не просто ассистирует: он с головой уходит как в науку, так и в лечебный процесс. Более того — поскольку психиатрия пребывает на стыке медицины, политики и общественной жизни, в речах Эскироля всё чаще звучат параллели между душевными болезнями и нездоровьем общества. И о том, что медик во Франции — это больше, чем просто медик.  

Коридор больницы Сальпетриер
Коридор больницы Сальпетриер

С 1817 года Эскироль начинает читать лекции о душевных болезнях — тут же, в столовой Сальпетриер, которую вскоре гордо назовут храмом науки. И на лекции обычного врача-ординатора, пока ещё без профессорских регалий, повалят студенты, потому что интересно, полезно, доходчиво и живо. Начнут приезжать и доктора из-за рубежа, прежде всего немецкие: Пиниц и Гайнер, Дамеров и Блюмредер, Роллер и Циллер... впрочим, о них тоже речь ещё пойдёт, но позже.  

С классификацией психических болезней Эскироль не стал мудрить, подобно Буасье де Соважу, а взял за основу лаконично-прагматичный подход своего учителя, Пинеля. Пополнив классификацию собственными наблюдениями и умозаключениями — всё как положено, диалектика в действии. Он считал, что всего существует пять классов психических болезней: 1)липемания; 2)мания; 3)мономания; 4)слабоумие; 5)идиотизм. 

По сути дела, классификация Эскироля повторяла пинелевскую — разве что место меланхолии заняла липемания (по описанию та же меланхолия: хронический бред без лихорадки на фоне аффектов печали, подавленности и бессилия), а входившая в этот класс меланхолия с экзальтацией переместилась в класс к маниям. Туда же ушла мания без бреда, а освободившийся класс заняла мономания — болезненное состояние, при котором бред ограничен одним предметом (идеей), либо небольшим их количеством.

Эскироль описывает эти состояния довольно ярко, образно и доходчиво. Вот, например, как выглядит зарисовка больных липеманией:

«Они худеют, бледнеют, у них сухая кожа и неподвижное выражение лица; в глазах грусть, тревога или страх... Движения больных однообразны и медленны; охотнее всего они остаются в неподвижности, одиночестве в бездействии; большею частью они сидят, а если они стоят, тогда их руки висят неподвижно по бокам тела; если больные ходят, то медленно, осторожно или же, наоборот, лихорадочно быстро взад и вперед.. Многие не имеют покоя днем и не спят ночью; некоторые не едят несколько дней под влиянием галлюцинаций и иллюзий, которые внушают им химерический страх, по причине которого они, хотя и голодны, но упорно отказываются от пищи... Нередко приходится наблюдать полную неподвижность тела, каменное выражение лица, упорное молчание; это есть страдание, ставшее безразличным ко всему, лишившееся слов и слез... Некоторые больные сознают свое состояние и понимают абсурдность страхов, которые их мучат; они говорят об этом со скорбью и даже с отчаянием. Однако преобладающее чувство, которым они одержимы, непрестанно возвращает их к одним и тем же мыслям, к одним и тем же заботам, к тому же бреду, и они не в состоянии иначе думать, иначе хотеть, иначе действовать. Не есть ли это сознательная липемания – lipemanie raisonante?»

А вот картина разновидности мономании, которую Эскироль называет интеллектуальной:

«Больные исходят из ложного принципа, выводят из него логические заключения и приходят к совершенно правильным выводам, которые видоизменяют их привязанности и волевые акты; вне этого частичного бреда они чувствуют, рассуждают, действуют, как все люди; иллюзии, галлюцинации, неправильные ассоциации идей, ложные убеждения причудливого и странного характера лежат в основе этого бреда, который я склонен назвать интеллектуальной мономанией»   

Вот мономания аффективная:

«мономаньяки не представляют никаких расстройств суждения, но зато их привязанности, их характер извращены; при помощи правдоподобных мотивов и ловко придуманных объяснений они оправдывают характер своих эмоций, странность и неприличие своего поведения; некоторые авторы называли это рассуждающей манией, но я склонен был бы предложить название: аффективная мономания»

А вот — инстинктивная:

«поражена воля; больной, сошедший с правильного пути, испытывает влечение к таким актам, которые не диктуются ни разумом, ни чувством и которые осуждаются совестью; однако, воля больного не в состоянии одолеть такие стремления; получаются поступки невольные, инстинктивные, неодолимые; это мономания без бреда, или инстинктивная мономания»  

Ну да бог с ними, с классификациями: этого удава не перестают измерять и поныне, постоянно то прибавляя, то убавляя мартышек и попугаев.  

Из не менее, а может быть, и более важных наблюдений можно отметить то, что Эскироль обнаружил и подчеркнул разницу между иллюзиями (как искаженным, пусть порой и фантастически, восприятием объекта, который в реальности таки существует) и галлюцинациями (как рожденном в мозгу восприятии того, чего на самом деле нет от слова «совсем»). Это наблюдение прозвучало в 1817 году в докладе «О галлюцинациях у душевнобольных», который Эскироль читал членам парижской Академии наук. Полагаете, мелочь? Как бы не так. А главное - для того, чтобы эту разницу заметить, надо было действительно проводить массу времени среди пациентов. Что, собственно, Жан и делал. 

И его зарисовки психопатологических портретов, его личные наблюдения стали основой и классикой психиатрической школы на многие годы вперёд. Равно как и введённые им понятия о ремиссиях и интермиссиях (если первое надолго и с надеждой, что навсегда, то второе - до следующего обострения) — да многое, о чём ранее либо упоминали вскользь, либо вообще даже и не говорили. Впрочем, если вы полагаете, что интерес и деятельность Эскироля ограничивались лишь палатами Сальпетриера, вы ошибаетесь. Но о его путешествиях и оргвыводах из них — в следующем рассказе.


P.S. Мой проект «Найди своего психиатра» работает в штатном режиме. Если так случилось, что нужен грамотный, опытный, а главное — внимательный и корректный психиатр — обращайтесь. Что ценно в сложившейся ситуации — большинство коллег ведут онлайн-приём. 

P.P.S. Статьи по психиатрии, психологии и всему, что касается этого направления, мы решили дублировать в Яндекс Дзене — вдруг кому удобно смотреть их там

promo dpmmax июль 20, 2015 22:54
Buy for 700 tokens
Опыт сотрудничества с рекламодателями у нас богатый, и мы не планируем его прекращать. Среди заказчиков - такие замечательные компании, как Связной Трэвел, PEUGEOT, HILL'S, СПОРТМАСТЕР, Министерство туризма Швейцарии, PHILIPS и многие другие. Читателей у журнала много, и мы стараемся подавать…

Error

Anonymous comments are disabled in this journal

default userpic

Your reply will be screened

Your IP address will be recorded